Я все еще верил, даже в худшем рынке меня называли фермером и гораздо хуже за это я купил много, отстаивал то, во что верил, и не исчез, когда все стало плохо никакой фальшивой убежденности. Я, возможно, один из последних, кто действительно остается настоящим и делится тем, во что он искренне верит, со своими подписчиками