С немалой долей горечи я признаю, что мои состояния печально уменьшились, мой кошелек опустошен, а мое положение сведено к ужасной нищете, так что я оказался брошенным на суровое попечение нужды, самого жестокого хозяина, которому когда-либо подвергался человек.